AYE STORES
Достойный
- Сообщения
- 516
- Реакции
- 674
Многократный убийца предстал перед судом 15 июня 1932 года. Перед судьями и присяжными должен был разыграться один из сенсационных процессов, на который съехались газетчики со всей Европы. Однако сенсации не получилось. То ли по совету своего адвоката, то ли по собственно инициативе опасаясь жестокого наказания, Матушка что называется начал «косить под сумасшедшего» временами даже сильно переигрывая свою роль. Его защищал молодой адвокат Эттингер, симпатичный чемпион Австрии по фехтованию. Обвинитель – государственный прокурор доктор Фрайллингер – принадлежал к числу самых строгих в стране, а главный окружной советник доктор Зейдлер, назначенный председателем суда, должен был гарантировать, что судебное разбирательство пройдет в рамках закона.
– Ваше имя? – спросил подсудимого председатель суда.
– Сильвестр Матушка.
– Имя вашей матери?
– Антония.
– Как это, Антония? Ведь ее зовут Анна!
– Как вам угодно, – поклонился Матушка.
– Где вы родились?
– В году, цифра которого дважды девяносто два.
– Что за бессмыслица? Вы родились в тысяча восемьсот девяносто втором году.
– Не имею ничего против этого.
– Профессия?
– Пускающий под откос поезда.
– Назовите свою профессию! – злился председатель суда.
– Хорошо. Владелец недвижимости.
С самого начала стало ясно, что подсудимый не в своем уме. Возможно, он и правда был сумасшедшим, а может быть, хотел спрятаться за стенами психиатрической лечебницы. Он рассказывал о некоем Бергманне, который якобы и подтолкнул его к преступным действиям. Впервые они встретились в ресторане.
– Это такой большой, сильный и плешивый парень. У нас было несколько деловых встреч. Он пригласил меня к себе домой. Мы сели в такси и поехали. Не знаю, где он жил, припоминаю только, что мы проезжали под каким-то виадуком. Он представил меня своей жене.
Когда подсудимый о ней рассказывал, глаза его горели. Он улыбался, описывая ее фигуру, грудь, одежду.
– Ну вот, а потом Бергманн мне ее предложил.
– Как это следует понимать? – спросил председатель суда.
– Просто так, неожиданно. Ни с того ни с сего. Предложил мне ее для интимной связи и ушел в соседнюю комнату.
Было это правдой или эту сцену Матушка выдумал? Но история с таинственным Бергманном не закончилась.
– Дело в том, что этот Бергманн странный человек. Сначала я думал, что он коммунист, а это было плохо, потому что я ненавижу коммунистов, но Бергманн хотел основать собственную секту. Тут я решил, что сам организую ее. Христос был социалистом, лучшая партия – социал-демократическая, но клерикального направления. Надо напомнить людям, в какой нужде они живут, указать на грехи, которые они совершают ежедневно, за что их надо наказывать. И я решил пускать под откос поезда!
– На допросе вы утверждали, что к крушению вас подтолкнул Бергманн. Почему именно вас? Почему этим он не стал заниматься самостоятельно?
– Господин председатель, Бергманн умный человек. Он сразу понял, что я сильная личность. Сказал мне, что я прославлюсь, отличусь в борьбе с коммунизмом и атеизмом.
– На допросе вы говорили о некоем духе, явившемся к вами отдавшем приказ совершить крушение экспресса именно на виадуке у Биаторбади. Кто отдал вам этот приказ? Бергманн или дух?
– Дух Бергманна, господин председатель. Явился мне в Будапеште и точно рассказал, что я должен делать и как.
Возможно, он выдумал духов, чтобы сбить с толку судей и повлиять на присяжных? А, может быть, это был ход адвоката, попытка сохранить жизнь? Так или иначе, Матушка не был психически нормален, так как только человек с больной психикой может совершать подобные ужасные действия. Что же его толкнуло на такие преступления?
В ходе многочисленных допросов выяснилось, что Матушка был лицемером, эдаким двуликим Янусом. С одной стороны, он ежедневно ходил в церковь, отсиживал положенное время на церковной скамье и демонстративно молился. Был внимательным мужем и добрым отцом, но ежедневно ездил с проститутками во второразрядные отели. По дороге из Вены в Будапешт в поезде он познакомился с одной женщиной, а после приезда в столицу Венгрии отправился с ней прямо в отель. Он сам признавался с гордостью, что во время своего пребывания в Будапеште каждый день жил в новом отеле и с новой женщиной.
Судебные эксперты – специалисты в области психиатрии – неделями обследовали Матушку. Наконец советник, профессор доктор Хевель и университетский профессор доктор Бисхоф пришли к выводу, что Матушка способен нести ответственность за свои действия. А американский психоаналитик доктор Герберт Хейг заявил репортеру Габе, что Матушка садист, которому доставляет удовольствие мучить других. Ему было мало мучить или убить одну женщину, он нуждался в массовой бойне. Дело в том, что в его случае извращенность соединялась с болезненной манией величия. Ему недостаточно было просто убивать, им владела навязчивая идея совершить крупное преступление, которое бы его прославило. И это ему удалось.
Венский суд судил Матушку только за железнодорожную катастрофу в Анзбахе, то есть за преступное действие, совершенное на австрийской территории. Его приговорили к шестилетнему тюремному заключению с содержанием в тюрьме с усиленным режимом. Однако его не отправили в тюрьму, а увезли в Будапешт, где за крушение поезда у Биаторбади приговорили к смертной казни через повешение. Однако приговор не был приведен в исполнение, поскольку преступник был арестован в Австрии, где не существовало смертной казни. Поэтому в Будапеште первоначальный судебный приговор вынуждены были заменить на пожизненное тюремное заключение.
Убийца закончил свою жизнь в австрийской тюрьме, где пробыл шесть лет. Там он написал несколько романов и киносценариев и все о своих преступлениях. Согласно одной версии, нацисты после «аншлюса» Австрии перевели его в концентрационный лагерь, где он затем был незаметно застрелен, согласно другой – Матушка отбывал свой срок в венгерской тюрьме Чиллагбортон в Шегедине, откуда при освобождении Венгрии Советской Армией сбежал и исчез. В 1953 году в печати проскользнуло сообщение, что он якобы погиб во время войны в Корее.
Частному детективу Хабли, заслужившему награду за проведенное расследование, ничего не дали под тем предлогом, что он был нанят на работу железнодорожным управлением, и ему и так платили жалование за расследование. Гонорар, полученный Хабли, был равен 50 пенге и не перекрыл даже его транспортные расходы. Сумму в 50000 пенге венгерский министр внутренних дел разделил следующим образом: 40000 получила венгерская полиция, 5000 – штатские, участвовавшие в раскрытии преступления, 2000 – жандармы и 3000 – венская полиция.
Мотивы преступлений Матушки так и остались до конца неясными. Вероятно психиатр Герберт Хейг был прав в своем суждении, что Матушка представлял собой пример маньяка-садиста и только мания величия и жажда славы заставила его совершать не просто убийства проституток (как это делали такие маньяки как Гэри Риджуэй или Роберт Пиктон), а массовые убийства ни в чем не повинных людей.
На основе произошедшей истории снято несколько художественных фильмов, например, "Виадук" (Viadukt, 1983) и «Падение Сильвестра Матушки» (Der Fall Sylvester Matuska, 1982), написаны несколько книг. Но на русский язык они вряд ли когда-то будут переведены.
Виадук около городка Биаторбадь стоит и по сей день, хотя и претерпел некоторый ремонт и реконструкцию.
– Ваше имя? – спросил подсудимого председатель суда.
– Сильвестр Матушка.
– Имя вашей матери?
– Антония.
– Как это, Антония? Ведь ее зовут Анна!
– Как вам угодно, – поклонился Матушка.
– Где вы родились?
– В году, цифра которого дважды девяносто два.
– Что за бессмыслица? Вы родились в тысяча восемьсот девяносто втором году.
– Не имею ничего против этого.
– Профессия?
– Пускающий под откос поезда.
– Назовите свою профессию! – злился председатель суда.
– Хорошо. Владелец недвижимости.
С самого начала стало ясно, что подсудимый не в своем уме. Возможно, он и правда был сумасшедшим, а может быть, хотел спрятаться за стенами психиатрической лечебницы. Он рассказывал о некоем Бергманне, который якобы и подтолкнул его к преступным действиям. Впервые они встретились в ресторане.
– Это такой большой, сильный и плешивый парень. У нас было несколько деловых встреч. Он пригласил меня к себе домой. Мы сели в такси и поехали. Не знаю, где он жил, припоминаю только, что мы проезжали под каким-то виадуком. Он представил меня своей жене.
Когда подсудимый о ней рассказывал, глаза его горели. Он улыбался, описывая ее фигуру, грудь, одежду.
– Ну вот, а потом Бергманн мне ее предложил.
– Как это следует понимать? – спросил председатель суда.
– Просто так, неожиданно. Ни с того ни с сего. Предложил мне ее для интимной связи и ушел в соседнюю комнату.
Было это правдой или эту сцену Матушка выдумал? Но история с таинственным Бергманном не закончилась.
– Дело в том, что этот Бергманн странный человек. Сначала я думал, что он коммунист, а это было плохо, потому что я ненавижу коммунистов, но Бергманн хотел основать собственную секту. Тут я решил, что сам организую ее. Христос был социалистом, лучшая партия – социал-демократическая, но клерикального направления. Надо напомнить людям, в какой нужде они живут, указать на грехи, которые они совершают ежедневно, за что их надо наказывать. И я решил пускать под откос поезда!
– На допросе вы утверждали, что к крушению вас подтолкнул Бергманн. Почему именно вас? Почему этим он не стал заниматься самостоятельно?
– Господин председатель, Бергманн умный человек. Он сразу понял, что я сильная личность. Сказал мне, что я прославлюсь, отличусь в борьбе с коммунизмом и атеизмом.
– На допросе вы говорили о некоем духе, явившемся к вами отдавшем приказ совершить крушение экспресса именно на виадуке у Биаторбади. Кто отдал вам этот приказ? Бергманн или дух?
– Дух Бергманна, господин председатель. Явился мне в Будапеште и точно рассказал, что я должен делать и как.
Возможно, он выдумал духов, чтобы сбить с толку судей и повлиять на присяжных? А, может быть, это был ход адвоката, попытка сохранить жизнь? Так или иначе, Матушка не был психически нормален, так как только человек с больной психикой может совершать подобные ужасные действия. Что же его толкнуло на такие преступления?
В ходе многочисленных допросов выяснилось, что Матушка был лицемером, эдаким двуликим Янусом. С одной стороны, он ежедневно ходил в церковь, отсиживал положенное время на церковной скамье и демонстративно молился. Был внимательным мужем и добрым отцом, но ежедневно ездил с проститутками во второразрядные отели. По дороге из Вены в Будапешт в поезде он познакомился с одной женщиной, а после приезда в столицу Венгрии отправился с ней прямо в отель. Он сам признавался с гордостью, что во время своего пребывания в Будапеште каждый день жил в новом отеле и с новой женщиной.
Судебные эксперты – специалисты в области психиатрии – неделями обследовали Матушку. Наконец советник, профессор доктор Хевель и университетский профессор доктор Бисхоф пришли к выводу, что Матушка способен нести ответственность за свои действия. А американский психоаналитик доктор Герберт Хейг заявил репортеру Габе, что Матушка садист, которому доставляет удовольствие мучить других. Ему было мало мучить или убить одну женщину, он нуждался в массовой бойне. Дело в том, что в его случае извращенность соединялась с болезненной манией величия. Ему недостаточно было просто убивать, им владела навязчивая идея совершить крупное преступление, которое бы его прославило. И это ему удалось.
Венский суд судил Матушку только за железнодорожную катастрофу в Анзбахе, то есть за преступное действие, совершенное на австрийской территории. Его приговорили к шестилетнему тюремному заключению с содержанием в тюрьме с усиленным режимом. Однако его не отправили в тюрьму, а увезли в Будапешт, где за крушение поезда у Биаторбади приговорили к смертной казни через повешение. Однако приговор не был приведен в исполнение, поскольку преступник был арестован в Австрии, где не существовало смертной казни. Поэтому в Будапеште первоначальный судебный приговор вынуждены были заменить на пожизненное тюремное заключение.
Убийца закончил свою жизнь в австрийской тюрьме, где пробыл шесть лет. Там он написал несколько романов и киносценариев и все о своих преступлениях. Согласно одной версии, нацисты после «аншлюса» Австрии перевели его в концентрационный лагерь, где он затем был незаметно застрелен, согласно другой – Матушка отбывал свой срок в венгерской тюрьме Чиллагбортон в Шегедине, откуда при освобождении Венгрии Советской Армией сбежал и исчез. В 1953 году в печати проскользнуло сообщение, что он якобы погиб во время войны в Корее.
Частному детективу Хабли, заслужившему награду за проведенное расследование, ничего не дали под тем предлогом, что он был нанят на работу железнодорожным управлением, и ему и так платили жалование за расследование. Гонорар, полученный Хабли, был равен 50 пенге и не перекрыл даже его транспортные расходы. Сумму в 50000 пенге венгерский министр внутренних дел разделил следующим образом: 40000 получила венгерская полиция, 5000 – штатские, участвовавшие в раскрытии преступления, 2000 – жандармы и 3000 – венская полиция.
Мотивы преступлений Матушки так и остались до конца неясными. Вероятно психиатр Герберт Хейг был прав в своем суждении, что Матушка представлял собой пример маньяка-садиста и только мания величия и жажда славы заставила его совершать не просто убийства проституток (как это делали такие маньяки как Гэри Риджуэй или Роберт Пиктон), а массовые убийства ни в чем не повинных людей.
На основе произошедшей истории снято несколько художественных фильмов, например, "Виадук" (Viadukt, 1983) и «Падение Сильвестра Матушки» (Der Fall Sylvester Matuska, 1982), написаны несколько книг. Но на русский язык они вряд ли когда-то будут переведены.
Виадук около городка Биаторбадь стоит и по сей день, хотя и претерпел некоторый ремонт и реконструкцию.
